Сочинения. Т. 1 : Статьи до 1883 года. Период народнический

HOHOIS НАПРАПЛ В опллсти политич. экономии. 2 1 1 думаны и вообще гораздо менее «компрометируют защиту порядка», чел: «реалистические» измышления Лавелэ. Подумайте, в самом деле! «Я убиваю козу, вы убиваете зайца в один и тот же промежуток вре­ мени; ценность первой будет в пять раз более ценности второго, потому что коза может служить пищею в течение пяти дней, заяц—в течение одного». Но, во-пеовых, где же и когда видано, чтобы потребность ка­ питалистического общества в пище удовлетворялась тем же способом, как удовлетворяют ее краснокожие индейцы, ю-есть охотой? Что ста­ лось бы со всею исгорико-реалистичеокой школой, если бы профессор Лавелэ принужден был охотться за козами, а почтенный Вильгельм Рошер, перед тем как итти на лекции, должен был бы «убивать зайцев», которые затем п «глужили бы ему пишей» в течение одного дня каждый? Во-вторых, бы на ли бы какая-нибудь меновая ценность у уби­ тых бельгийским профессором коз и подстреленных Рошером зайцев, если бы каждый из них питался продуктами своей охотничьей лов­ кости, как это предположено в приведенном примере, где «я» питаюсь убитою «мшю» козой, а «вы»—vt'utTHM «ва1М«» зайцем? Как определить меновую ценность предметов, которые не обмениваются между собою ни непосредственно, то есть один на другой, ни посредством какого-либо третьего товара? Но если бы—как ни нелепы такие «робинзонады»—между «мною» и «ваии» установилось правильное разделение нашего охотничьего труда и обмен его продуктов, то произошло бы одно из двух. Hin «я» дол­ жен был бы платить «вам» за «зайца» «козой», если бы убить козу было всегда так же легко, как зайца, или «вы» прекратили бы охоту за «зайцами» и стали бы в свою очередь «убивать коз». Так как мы говорим о предметах, KOJmuecTBO которых vloжeт бьггь увеличено по произволу, под условием лишь затраты определенного количества труда, то в «вашем» переходе от одного рода охоты к другому нет ничего выходящего за пределы нашего примера. Но «ваши» зайцы были «мне» необходимы, потому что иначе между нами не установилось бы пред­ положенное разделение труда. Не получая их более от «вас», «я» дол­ жен был бы сам охотиться за ними, примирившись с мыслью гратить по одному дню труда и на «козу» и на «зайца». Что же «я» выиграл бы, отказавшись обменивать продукт «моего» труда на продукт равного количества «вашего» труда? Не только ровно ничего, но еще и поте­ рял бы, потому что прежнее разделение труда увеличивало его произ­ водительность, а теперь, с прекращением этого разделения, и ,<заяц» и «коза» каждому из нас стоили бы уже не одного, а полутора или двух ,14»