Сочинения. Т. 21 : История русской общественной мысли

76 ПЛЕХАНОВ По свидетельстну доктора Лерха, Татищев имел особые мнения насчет религии, вследствие чего многие не считали его православным'). В своей «Духовной» наш автор презрительно отталкивает от себя о<5вннение в безбожии и в ереси. Выше я сказал, что решительное пре­ обладание в его взглядах светского элемента делало их очень непохо­ жими на миросозерцание русских начетчиков допетровского времени, но что все-таки он не разрывал с религией. Теперь мы види л, что Татищев был склонен к компромиссу с нею также и в своей фило­ софии истории. Наш просвещенный идеолог дворянства шел в этой области за умеренными немецкими просветителями, видевшими в ре- л ж™ божественное средство «воспитания человеческого рода», а не за крайними французскими просветителями, смотревшими на нее как на одно из важнейших препятствий успехам человеческого разума. Впрочем, разница между теми и другими давала себя чувствовать только там, где речь шла об откровенных религиях. Во взгляде же на происхождение языческих религий умеренные просветители XVIII века сближались с крайними. Вот, например, касаясь учения Пифагора о переселении душ, Татищев выражается так, что с ним без труда со­ гласился бы сам Дидро. Он говорит: «Пифагор для удержания людей от злодеяния и для наставления к благонравию и благачестному житию, вымыслил прехождение душ из одного в другое животное по делам ка­ ждого» ^). Религиозные догматы измышляются влиятельными лично­ стями чаще всего с целью эксплоатации, но иногда и для «удер­ жания» своих соплеменников. Сущность этого ютляда усвоена была от просветителей XVIII века даже некоторыми выдающимися социали- стами-утопистами XIX столетия. От него пол)чи'ли свое происхожде­ ние «новое хргхтинство» СенХ^имона и «1ж:тинно € христианство» Кабз. «Обретение Моисеева закона» и «пришествие Христово» пред­ ставляют собою, во всяком случае, явления чудесные, т.-е. исключи­ тельные. А при нормальном ходе исторического процесса главную роль играет накопление и распространение знаний. В процессе их накопле­ ния и распространения очень многое зависит от «прилежности» наро­ дов, а также, — Татищев не был бы просветителем XVIII века, если бы думал иначе, — от заботливости правителей, «Ибо как человек и кроме природных невозможностей за леность и нерадением собствен- «Древняя и новая Россия?, II, стр. 261. ' ) «История Российская», книга II, стр. 383. Туг сн ру?оводствуется фило­ софским лексиконом Вальха.