Сочинения. Т. 21 : История русской общественной мысли

50 ПЛЕХАНОВ его гораздо менее энергичных преемеиков; «ребелизантати» они ни­ когда не становились. Но для «ученой дружины» очень характерно то обстоятельство, что она, не только в лще Прокоповича, безусловно осуждала всякую оппозицию «больших бород». «Ученость» этой «дружины» существенно отличалась от учености московских столпов церкви. Большие бороды в лучшем случае были сведущими, начетчиками, т.-е. обладали известным запасом 'начита]н- ности в области религиозной литературы. О сколько-нибудь серьезном, научном или философском обравсваиии этих благочестивых людей не могло быть и речи. Но люди, вроде Прокоповича, Татищева, Кантемира, обладали значительным образованием. Известно, что Прокопович из­ учал в Риме светскую литературу, историю и философию. Датский путешественник ф'Сн -Гавен, лозкако.улвшийся с ним за несколько месяцев до его смерти, дал о нем следующий интересный отзыв: «Этот превосходный человек по знаниям своим не имеет себе почти никого равного, особенно между русскими духовными. Кроме истории, богосдазия и философии, си wvieeT глубокие сведения в кате- матике и неописанную охоту к этой науке. Он знает разные европей­ ские языки, из которых на двух говорит, хотя в России не хочет никакого употреблять, кроме русского, — и только в крайних случаях об'ясняется на латинском, в котором не уступит любому академику. Он особенно вежлив и услужлив со всеми инострас-мыки литераторами и Еосбще с иноземцами, со смертью сто должно прекратиться мно­ жество в вькшей степени полезных дел» '). Другой иностранец, Рибейра, — католический монах и, стало быть, человек скорее предубежденный против Проюоповича, не раз резко отзывавшегося о катожках в своих проповедях и книгах, — говорит: «Если его следует порицать за что-либо, так это за его религиозные убеждения, если он их вообще имеет. Его бибяютека, открытая для ученых, значительно превосходит императорскую и библиотеку Троиц­ кого монастыря; по своему богатству она не имеет себе равных в Рос­ сии, стране, бедной книгами»''). Как видим, испанский монах Рибейра не был уверен, что у Проко­ повича были какие-нибудь религиозные убеждения. Русское же духо- ') Цчт у /7. М tpotoea, ФгоЦн П "юкопэчич к1к n icare ь стр. ЗЭ?. (Сжатии также И. Чиспивича, Ф:офан Прэкопович и его время, стр. 627—628.) Г. П Мо- роюв поправляет свидетельство ф^н-Гавена, замечая, что из иностранных языков Прокоповчч знал толь<о италья 1ский и польский. П. Морозов, там же. стр. 393.