Сочинения. Т. 21 : История русской общественной мысли

1 6 4 ПЛЕХАНОВ умножается доимка; того ради Воеводе >t Земским Комисарам смотреть того накрепко, л до такого разорения не допускать». Это распоряженле было в духе того старого московского правила, о которо.м сообщал Котошихин и которое внушило Посошкову его прюект законодательного ограничения повииностей крестьян по отноше­ нию к их помещикам. Правило это слабо приводилось в исполнение в прежнее время. Момоно было бы, пожалуй, ожидать, что при своей железной энергии Петр сумеет добитьс-я точного исполнения его. Однако вышло не так. Петр предписал отдавать помещиков, разорявших свои деревни, на исправление их ближним родственникам и свойственникам, которые и должны были управлять этими деревнями впредь ю испра­ вления разорителей. Можно с уверенностью сказать, что такая мера не исправила никого. Во всяком случае, она не могла повысить общий, весьма низкий, уровень благосостояния крестьянской массы. Положение крепостного крестьянства ухудшалось все более и более. Сам Heip говорит в одном из своих указов: «Обычай был в России, который и ныне есть, что крестьян и деловых, и дворовых людей мелкое шляхет­ ство продает врознь, кто похочет куппить, как скотов, чего во всем свете не водится, а наипаче от семей, от отца или от матери дочь или сына помещик продает, от чего немалый вопль бывает». Что же предпринял энергичный преобразователь' для прекращения вопля? Он приказал «оную продажу людям п[>есечь» '). Но он и сам не верил в возможность ее пресечения: в основу его реформы положено было еще большее, чем прежде, закрепощение кре­ стьянской массы. Поэтому за приказанием о прекращении «оной про­ дажи людям» у него непосредственно следовало такое добавление: «а ежели невозможно того будет вовсе пресечь, то-б хотя по нужде и продавали целыми фамилиями или семьями, а не порознь» ^). Известно, что крепостных людей продавали врознь, «как скотов», вплоть до от­ мены крепостного права в 1861 году. Логика этого права была сильнее железной воли Петра. Но тяже­ лая цепь крепостной за1вио1мости давила крестьян не только на поме­ щичьих и на монастырских землях. Государство тоже привыкло смо­ треть на них, как на свою живую собственность, и уж, разумеется, не Петр мог отказаться от этой привычки. Он считал себя полным госпо­ дином над всей тяглой массой и распоряжался ее рабочею силой един- 0 Соловьев, История России, ки. 4, стр. 172. Там же, та же стр.