Сочинения. Т. 21 : История русской общественной мысли

186 ПЛЕХАНОВ слаться на то же «Краткое политическое описание государств Европей­ ских». Как ни строго осуждал его автор английскую конституцию, но он все-таки доводил до сведения русских людей, что без согласия палаты общин (или по его терминологии: «ишшего сядания наивышнего двора) невозможно «гтодатки в королевстве ставить». Он же, описывая «Речь посполитую Венецийскую», так характеризовал ее .могущественных ге- натюров: «Что речено иногда о давнык рымоких сенаторах согла1Сно ныне еозможется прищати венетицкьш сенаторам, которьси хотя б не короли они, однакоже не надобно их в меньшом почтении иметь». Не меньшего внимания заслуживает его, как бы поневоле хвалебный, от­ зыв о голландском «статусе», т.-е. государстве. Нарисовав картину ма­ териального благосостояния Голландии, он прибавляет: «Голанский ста­ тус волностъ свою, с многою кровию полученою, выше почитают про­ чих богатств». Хвалит ониШвейча|рию: «Хеяветы (швейца1рцы.— Г. П.) воинственною силою толь славны, что едва народ можется найтить, кск торьгй имел бы их ценою перевосхюриггь. Сего знаки иэ'явилися преокще 300 лет, когда за свои домы и за волность мужественно воевали, которую волностъ и до нынешнего дня зело соцержали сопротив нападателей»'). Западно-еероттейская общественная жизнь имела ту особенность, что, говоря о ней, русскому человеку нелегко было избежать более или ме­ нее частого употребления слова «волность». И поскольку русские чи­ татели знакокияись с этой ее особешостью, постольку ик поиятия воз­ вышались над уровнем' москотских политических понятий доброго ста­ рого времени. Мы видели это еще на примере Котошихина и других за­ падников XVII века. Само собою понятно, что еще больше возвышались над уровнем старых .московских понятий люди, читавшие таких пи­ сателей, как Гроций, Томазий, Локк или Бомкалини, сочинения кото­ рых былИ' переведены на русский язык и обращались в наших тогдаш­ них образованных кругах. Петровская (реформа да1ла1 русским люиям гораэдо большую воз­ можность увидать, к а к живут «прочие народы», и узнать, ч т о думают их умственные представите.чи . Это находится вне всякого сомнения. Но, говоря об этом, надо всегда помнить, что русские люди, получившие воаможность ознакомиться с общественной жизнью и общественной мъюлью передовых народов Запада, принаилежали почти исключительно к служилому классу. Даровитые люди этого класса были в это.м отно- ') См. Д. А, Корсаков, назв. соч., стр. 286-293.