Сочинения. Т. 18 : От утопии к науке

ПРЕДИСЛОВИЕ К КНИГЕ А. ДЕБОРИНА 3 1 3 VIII Так как нелепость солипсизма очевидна, то оставим почву суб'ек тивного идеализма и посмотрим, в каком виде представится спор между идеализмом и материализмом, если мы взглянем на бытие в восприятии с точки зрения того сверх-инцивидуального сознания, к которому апел­ лируют идеалисты, не имеющие мужества признать солипсизм. И прежде всего спросим: что это за сверх-индивидуальное созна­ ние? Откуда оно взялось? Если бытие равно бытию в восприятии, то я решительно не имею (NB; логического) права говорить о каком то сверх-инцивидуальнот сознании, будто бы существующем вне моего инцивицуального. Тут повторяется ошибка Беркли, сначала сказавшего, что нет никакого бытия, независимого от восприятия, а потом возве­ стившего, что независимо от восприятия существует бог. Идеалист, признающий существование сверх-индивидуального со­ знания, останется догматиком, сколько бы ни твердил он о необхс-ди- пости критики. Однако, будем покладисты и здесь. Признаем эту догпу и посмотрим, что из нее следует. Догматическое учение о сверх-индивидуальном сознании имело наиболее стройный вид у Шеллинга и у Гегеля. Их абсолютный дух есть не что иное, как сверх-индивидуальное сознание, в котором будто бы заключается и об'скт л суб'ект, и природа и (суб'ектишый) дух. Но у Шеллинга это значило, что вселенная есть лишь самосозерцание этого духа. По учению Гегеля, в системе которого отведено было так много места (безличному, «абсолютному») логическому процессу, все­ ленная есть самомышление абсолютного духа. В сущности это одно и то же. И если бы Гексли вздумал, от.ма) сиваясь от материалисто1В, искать спасения на почве абсолютного идеализма, он принужден был бы ска­ зать нам: «В качестве биолога я, разумеется, признаю существование как живых организмов, так и окружающей их материальной среды. А в качестве философа я думаю, что материальная среда, окружающая организмы, сами эти организмы, а также и я, биолог, с большим ста­ ранием и успехом изучающий их сравнительную анатомию и разра батывающий теорию их развития, — короче, все, что было, есть и будет,-^ыло, есть и б>лет лишь в оамосозерцаиин или самотышпенни абсолютного духа». Всерьез принимать такое «привидение» (вспомните отзыв Канта о системе Фихте) опять невозможно. Системы Шеллинга и Гегеля имели свои великие достоинства. Они чрезвычайно много дали мыслящему