Сочинения. Т. 18 : От утопии к науке

ясли - ЖАК РУССО 19 может отнять у другого те плоды, которые он собрал, ту дичь, которую он убил, ту пещеру, которая служит ему убежищем, но каким образом может он принудить его к повиновению? И каковы могут быть цепи зависимости между людьми, ничего не имеющими? Если меня отгонят от одного дерева, я поправлю свою беду тем, что пойду к другому; если меия беспокоят в даином месте, то кто помешает мне покинуть его? Или, может быть, найдется человек, обладающий значительно большей силой, чем я, и к тому же достаточно испорченный, достаточно лени­ вый, достаточно жестокий, чтобы вынудить меня добывать для него средства существования, в то время как сам он будет предаваться праздности. Но в таком случае он должен решиться не терять меня из Б1ГДУ ни на одну минуту и хорошенько связывать мен» да время сна из опасения, чтобы я не бежал и не убил его; а это значит, что он должен был бы взять иа себя труд гораздо больший, нежели тот, которого он хотел бы избежать, и который он возложил бы на меня. Но и при всем том, если только его бдительность ослабеет хоть на минуту, если ка­ кой-нибудь непредвиденный шум заставит его оттернуться, мне доста­ точно сделать двадцать шагов в лесу, чтобы мои узы оказались разо­ рванными. а он навсегда лиш1ился в0зм0Ж1Н0сти снова встретиться со мною» '). При этом исчислении причин, до крайности затрудняющих в есте­ ственном состоянии порабощение одного человека другим, Руссо забы­ вает самую важную: труд человека, находящегося на низшей ступени дикости, так мало производителен, что уже одно это делает его пора­ бощение экономически бесцельным и потому невозможным. Эксплоа- тация человека человеком становится возможной лишь тогда, когда производительные силы, находящиеся в распоряжении людей, достигают некоторой высоты. Вот почему рабство неизвестно у так называемых низших охотников. У них поработить, скажем, военнопленного — зна­ чит принудить его войти в тот кровный союз, с которым он во € <вал. Рад вступив.—хотя бы и насильственно.—в новый, прежде враждебный ему, кровный союз, военнопленный делается равноправным его членом. Поэтому, применяясь к указанной ступени, можно говорить не о рабстве, а только о принумительном сотруяничестве. Но как бы TaiM ни было, Руссо обнаружил удтительную ясность взора, доказывая, что по­ рабощение отльного слабым предполагает существование известных I) Там же, стр. 81—82—Руссо очень верно говорит, что применительно KTOMV состоянию, где уже cyniecTByer собственность, выражение: богатый и бедный, гораздо более точно, чем выражение сильный и слабый:. (sDcrin6galite>, р. 111.) 9»