Сочинения. Т. 18 : От утопии к науке

ОСНОВНЫЕ ВОПРОСЫ млгксиимл 1 8 7 ление.м. Бытие обусловливается самим собою... имеет свою основу в самом себе *). Этот взгляд на отношение бытия к мышлению, положенный Марксом-Энгельсом в основу материалистического об'яснения истории, представляет собою важнейший результат той критики Гегелевского идеализма, которая была в главных чертах закончена еще Фейербахом и выводы которой могут быть изложены в немногих словах так. Фейербах нашел, что философия Гегеля устранила противоречие между бытием и мышлением, выразившееся с особенной выпуклостью у Канта. Но, по мнению Фейербаха, она устранила это противоречие, продолжая оставаться внутри его, т.-е. внутри одного из элементов, и именно — мышления. У Гегеля мышление и есть бытие: «Мысль — суб'ект; бытие — предикат»**). Выходит, что Гегель,—и вообще идеализм, — устраняет прюткворечие лишь посредством устранения одного из его составных элементов, т.-е. бытия, материи, природы. Но устранить один из составных элементов противоречия вовсе не зна­ чит разрешить это противоречие. «Учение Гегеля о том, что природа «полагается» идеей, представляет собою лишь перевод на философский язык теологического учения о том, что природа создана богом, действи­ тельность, материя — отвлеченным, не материальным существом»***). И это относится не только к абсолютному идеализму Гегеля. Трансцен­ дентальный идеа.жз.м Канта, согласно которому внешний мир получает свои законы от рассудка, а не рассудок от внешнего мира, находится в самой тесной родственной связи с теологическим представлением о том, что божественный рассудок продиктовал миру его законы****). Идеализм не устанавливает единства бытия и мышления и не может установить его; он его разрывает. Исходная точка идеалистической философии, — я, как основной философский принцип, —совершенно ошибочна. Точкой отправления истинной философии должно служить не я, а я —и— ты. Только эта точка отправления дает возможность притти к правильному пониманию отношения между мышлением и бы­ тием, суб'ектом и об'ектом. Я есмь я для меня самого, и в то же время — ты для другого. Я — суб'ект и в то же время об'ект. И надо заметить, кроме того, что я — не то отвлеченное существо, с которым оперирует идеалистическая философия. Я — существо действительное: ' ) Werke II, 263. * ' ) Werkc, II, 261. * " ) Ibid., 262. ***•) Werkc, II, 295.