Сочинения. Т. 18 : От утопии к науке

от ИДЕАЛИЗМА К МАТЕРИАЛИЗМУ 177 Приводя эти слова, часто говорят: «Ну, вот видите, сам Фейербах признавал себя материалистом то^лько наполовину». Однако при этом забьшают спросить себя, о каком же именно материализме идет здесь речь? А выяснить это весьма не мешает. В своей «Теогонии» Фейербах восстает против тех, которые хотят «вывести из одного и того же источника законы природы и человече­ ские законы^. Разумеется, посредственно, — поскольку cam человек принадлежит к природе, — человеческие законы тоже коренятся в ней. Но отсюда еще не следует, по образному выражению Фейербаха, что десять заповедей написаны тою же самой рукой, которая посылает гро­ мовые стрелы. В последнем счете бумага есть продукт растительного мира. Однако было бы в высшей степени смешно, если бы кто-нибудь принял природу за бумажного фабриканта'). Именно с теми материалистами, которые не замечали в этом ничего смешного, Фейербах и не находил возможным вместе итти вперед. Ему было ясно, что, приняв природу за бумажного фабриканта, мы непре­ менна наделаем множество грубых ошибок как в экономической тео­ рии, так и в экономической практике (политике). Принять природу за бумажного фабриканта, это было бы то же самое, что свести социо­ логию к естествознанию. Впоследствии Маркс назвал ограниченный ма­ териализм этого рода — естественно-научным. Фейербах не мог удо­ вольствоваться материализмом, не умевшим различать между человеком, как предметом биологии, и человеком общественной науки. Но отсюда видно вовсе не то, что он был материалистом только отчасти, а, напро­ тив, то, что он испытывал потребность в последовательном материали­ стическом миросозерцании. В самом деле, ведь естественно-научный ма­ териализм непоследователен. Когда люди, его держащиеся, принимаются рассуждать об явлениях общественной жизни, они показывают себя идеалистами. Трудно найти более упрямых приверженцев идеалистиче­ ского об'яснешя истории, нежели эти материалисты ^). Но Фейербаху 1) <Theogonie », стр. 280—281. Там же у Фейербаха есть гениальное замечание о том, что, в отличие от человека, природа не знает разницы между «коппеп und mUssen » ( стр. 182). 2) Может быть, еще более выпукло выражается истинное отношение Фейер. баха к естественно-научному материализму его письмом к Г. Беуэрле от 31 мая 1867 г. ( «Nachlass>, II, стр. 187—188) Фейербах говорит в нем: «Для меня человек есть существо, созданное природой; но главным предметом моих исследований являются те создаваемые человеком мысли и фантастические существа, которые во мнении и преданиях людей принимаются за истинные». Само собою понятно, что Фейербах не мог изучать этого предмета, ограничиваясь точкой зрения (Ылогии- Сочяпеаая. Т. XVIII