Сочинения. Т. 18 : От утопии к науке

170 ПЛЕХАНОВ свойства отдельного от человека существа. И потому вера в бога стано­ вится для него необходимым условием любви к ближнему. Он ненавидит атеиста во имя той самой любви, которую проповедует. Религия прокли­ нает во имя спасения, совершает жестокости во имя блаженства. Разум, доросший до самосознания, отвергает религию. Он выворачивает на­ изнанку отношения, создаваемые ею. Так как эти отношения caiM « со­ здаются выворачиванием наизнанку истинных отношений, то разум восстановляет эти последние, совершая свое дело выворачивания выво­ роченного. Добродетель, имеющая великое общественное значение, но сделавшаяся в религии среяствоп приобретения загробного блаженства, должна стать целью. «Справедливость, истина, добро заключают свое священное основание в самих себе, в своем собственнол! качестве. Для человека нет существа вьш1е чловека». Вот почему Фейербах и про­ возглашает, употребляя старую терминологию, что человек человеку — бог. Такая терминология и.мела свои большие неудобства. Об'явить бога иллюзией, а вслед затем сказать, что человек есть бог,—ведь это равно­ сильно превращению в иллюзию самого человека. Тут сам Фейербах за­ путался в противоречии. Он, заявивший: «Mcine Religion —keine Religion » ( моя религия — никакой религии), вспомнил, что слово «религия» произо­ шло от глагола religare и означало первоначально «связь». Отсюда он умозаключал, что всякая связь между людьми есть религия. Энгельс заме­ тил, что «подобные этимологические фокусы представляют собою послед­ нюю лазейку идеалистической философии». Это безусловно справед­ ливо"). Но каково было историческое значение книги «Das Wescn dcs Christentums», вышедшей в 1841 г. и послужившей первым печатным вы­ ражением Фейербаховой философии религии, показывает свидетельство того же Энгельса. Рассказав, как трудно было крайним левым гегельянцам согласить свою склонность к англо-французскому материализму с идеалистическим учением Гегеля о том, что природа есть лишь инобытие духа, он про­ должает: «Но вот появилось сочинение Фейербаха о «Сущности христиан­ ства». Одним ударом рассеяло оно противоречие, снова и без всяких ого- 0 И в подтвержд1^ние этого можно привести собственные, поистине превос­ ходные слова Фейербаха: <'Всякое религиозное или теологическое освящение есть простой призрак. Что имеет основу п истину, то стоит само за себя и не будучи провозглашено святым>^ (Was Grund und Wahrhcit hat, behauptet sich durch sich selbst, ohne heilig gesprochen zu werden).