Сочинения. Т. 18 : От утопии к науке

ПЛЕХАНОВ век,—конечный суб'ект, в которо.м бесконечное «я» приходит к са-мосо- знанню. Таким образом, суб'ект берет свое начало там же, где и об'ект; в бесконечном суб'екте, в абсолютно» «я». И именно потому, что в абсолотном «я» берут свое начало как суб'ект, так и об'ект, само оно не есть ни суб'ект, ни об'ект, ни сознание, ни бытие; оно есть суб'ект-об'ект, т.-е. единство, тождество мышления и бытия. Система Гегеля была лишь дальнейшей разработкой Шеллинговой философии тождества. Справед,~111зость требует безоговорочного при­ знания того, что у Гегеля философия эта пол_\ чила несравненно более стройный вид. Так, например, для истории философской теории имеет большое значение то обстоятельство, что Гегель заметил и ) далил эле­ мент д> ализма, незаметно закравшийся в систему тождества и состоящий в топ, что абсолютное «я», дух, или просто абсолютное ставится Шеллнн- гом вне природы и вне человеческого сознания. Согласно Гегелю, .wip не только коренится в абсолютном, но и находится в нем. .Мир есть сово­ купность природы и духа. Развитие мира есть развитие абсолютного, его откровение. Такое понимание мирового процесса избавляло философию тождества от риска войти в противоречие с самой собою и закончить д\ализмом. Но cor .iaaiTecb, что оно не оставляло места для того при­ мирения философии с религией, к которому искренно стремился Гегель. Представление о боге, как о внемировой силе, оказывалось не соответ­ ствующим истинном} характеру .мирового процесса. Те гегельянцы, ко­ торые .хотели защитить это представление,—правое крыло школы Ге­ геля,—Гешель, Маргейнеке,—\'лаля.т1кь от своего уч1!теля. К нему бл1гже были даже левые гегельянцы, Бр\но Бауер, Фейербах, вовсе разрыва­ вшие с религиеГ!, а еще ближе—гегельянцы, составлявшие центр школы: Розенкранц, .Михелет, Штраус и склонявшиеся к пантеизму'). Вот по­ чему из школы Гегеля и вышла крити1-;а евангельской iKTopim в частно­ сти и крюика религии вообще, .межд> тем как философская мысль Шеллинга направилась впоследстзшг к теософии. Всего же замечательнее и важнее для дальнейшей истории философии было то, что идеалистический монизм, пол\ чивший в системе Гегеля самое стройное свое выражетге, яснее, чем где-нибудь, обнаружил в ней свою крайне одностороннюю природу. Потом Штра\с сделался материалистом и не постеснялся высказать свой новый взгляд в сочинении «Der alte und der neue Glaube. Ein Bekenntnis», имев­ шем огромный успех. Но это а|училось значительно позже; только что названная книга появилась в октябре 1872 года.