Сочинения. Т. 18 : От утопии к науке

о т ИДЕАЛиамл к МАТЕРИАЛИЗМУ 1 4 3 зрения мистики. Напротив, все онн могут и должны быть рассматриваемы лишь с точки зрения науки. Читателю должно быть известно знаменитое противопоставление звездного неба нравственному закону, сделанное Кантом в своей лКритике практического разума». «Величественное зрелище звездного неба как бы уничтожает мое значение, напоминая мне о моей за­ висимости от материального лтра. Напротив, сознание нравственного закона бесконечно возвышает мое значение, открывая мне жизнь, не­ зависимую от животности и даже от всего чувственного мира». Таким образом, для Канта,—как и для Фи.хте,—^нравственный закон был чем-то вроде ключа, отворяющего дверь в потусторонний мир. Гегель югля- нул на него совершенно иначе. Согласно его учению, нравственность представляет совою неизбежный продукт и необходимое \словие об­ щественной жизни. Гегель напоминает слова Аристотеля о том, что на­ род существует раньше, чем отдельный человек. Отдельное лицо есть нечто несамостоятельное и потому должно существовать в единстве с целым. Быть нравственным значит жить согласно нрава/« своей страны. Чгобы дать человеку .хорошее воспитание, надо сделать его граждани­ ном благоустроенного государства Выходит, что этика коренится в политике. Это как две капли воды похоже на революционное учение о нравственности, выработанное французскими просветителями XVIII века. Но это сходство способно вызвать недоумение. Если быть нравственным значит жить согласно нра­ вам своей страны, то этим как будто заранее осуждаются новаторы, дея­ тельность которых всегда и неизбежно ставит их в противоречие с тети или другими нравами своей страны, т.-е. делает их безнравственными в известном смысле этого слова. Аристофан обвинял Сократа именно в безнравственности. А смерть Сократа показывает, что афинский народ кашел это обвинение основательным. Однако противоречие легко разрешается с помощью диалектиче­ ского метода. Во введении к своей «Философии истории» Гегель заме­ чает: «Что касается вообще упадка, нарушения и уничтожения нрав­ ственных целей и отношений, то надо сказать, что, будучи бесконечными и вечными по своей внутренней сущности, они ограничены во внешних своих проявлениях и подчинены законам природы, а также действию случайности. Поэтому они преходящи; поэтому они подлежат нару­ шению и уничтожению». Там же Гегель высказывает мысль, подробно ') < Rechtsphilosophieo, § 153, примечание.