Сочинения. Т. 7 : Обоснование и защита марксизма (часть первая)

64 П Л Е Х А Н О В воспитамие всю совок^^гшстъ общественного влияния. Этот взгляд на человека, как на плод окружающей среды, был главной теоретической основой новаторских требований французских материалистов. В caiMOM .деле, если человек зависит от окружающей его ореды, если он обязан ей всеми свойствами своего харжтера, то он обязан ей, между прочим, и своими недостатка)ми, следоваггельно, если вы хотите бороться с его недостатками, то вы должны надлежащим 10браэо1М видоизменить OKpyj жающую его среду, и притом' именно общественную среду, потому что природа не делает человека ни злым, ни добрым. Поставьте людей 'В разумные общественные отношения, т.-е. в такие условия, при которых инстинкт самосохранения каждого из них перестанет тсшкать его на борьбу с остальными; ооглаоите интерес отдельного человека с интере­ сами всего общества,—и добродетель (vertu) явится сама собою, как calM собою падает «а з е т ю каме», лишенный подпоры. Добродетель надо не проповедывать, а поцготовлять ^разумным устройством обще­ ственных отношений. С легкой руки консерваггоров и реакционеров Т1РОШЛОГО 1века мораль французских материалистов до сих пор считают эгоистическою моралью. Сами аш гораздо вернее определяли, что юна всецело переходит уш х в политику. Учение о том, что духовный мир человека представляет собою плод окружающей среды, нередко пр 'иводило французских материали- .стоо к выводам, неожиданным для них самих. Так, тапример, они гово­ рили иногда, что взгляды человека не имеют ipoBHO никакого влияния на его поведение, и что, поэтому, распространение тех или других идей в обществе не М'ожет ни на волос изменить его дальнейшую судьбу. 'Ниже мы покажеМ', в чем' заключалась ошибочность такого М 'нения, те- •перь же обратим внимание на другую сторону воззрений французских материалистов. Если иде'и всяко'Ро данно'го человека определяются 'Окружающей его •средой, то идеи человечества, о их историческом развитии,, опре­ деляются -развитием общественной среды, историей общественных от- аношений. Следовательно, если бы мы задумали нарисовать картину «прогресса чело'веческого разума» и если бы мы не ограничились при этом вопросом— «как?» (как именно совершалось историческое дви­ жение разума?), а поставили себе совершенно естественный вопрос — «почему?» (почему же совершалось оно именно так, а не иначе?), то М'Ы должны были бы начать с истории opegbi, с истории развития общественнЫ 'х отношений. Центр тяжести исследотамия перенесся бы, таким образом, по крайней мере на первых порах, в сторону исследо