Сочинения. Т. 7 : Обоснование и защита марксизма (часть первая)

СОВРЕМЕННЫЙ МАТЕРИАЛИЗМ 211 ОНИ представляли, во Франции ушел в своей борьбе против старого ре­ жима гораздо дальше того класса аиглийскоЛ общества, стремления которого выразились в философских сочинениях Лоюка. Когда,—^как, шпример, в Европе нового времени,—^мы имеем' целую систему обществ, чрезвычайно сильно влияющих одно на другое, тогда развитие идеологий в каждом из этих обществ усложняется так же сильно, как усложняется его экономическое развитие под влиянием бес­ престанного торгового обмена с другими странами. Мы имеем тогда как бы одну литературу, общую всему цивилизован­ ному человечеству. Но как зоологический род подразделяется «а виды, так эта всемирная литература подразделяется на литературы- отдельных народов. Когда Юм' приехал во Францию, французские «философы» при­ ветствовали его как своего единомышленника. Но вот однажды, обедая у Гольбаха, этот несомненный едииомьшленник французских филосо­ фов заговорил об «естественной религии». «Что касается до атеистов,— сказал он,—то я не допускаю их существования: я никогда не встречал ни одного». «Вам очень не везло до сих пор,—возразил ему автор «Си­ стемы природы»,—на первый раз вы видите здесь, за столом, семнадцать атеистов». Тот же самый Юм имел решительное влияние на Канта, ко­ торого он, по собственному признанию этого последнего, пробудил от его цогматической црепоты. Но философия Канта значительно отли­ чается от философии Юма. Тот же самый фонд идей приводит к воин­ ствующему атеизму французских материалистов, к религиозному ин- лифферентизму Юма, к «практической» религии Канта. Дело в том, что религиозный вопрос в Англии того времени играл не ту роль, какую играл он во Франции, а во Франции не ту, какую в Германии. А это раз­ личие в значении религиозного вопроса обусловливалось тем, что в ка­ ждой из этих стран общественные силы находились не в том взаимном отношении, в каком находились они в каждой из остальных. Одинако­ вые по своей природе, но неодинаковые по степени развития, обще­ ственные элементы различно сочетались в различных европейских стра­ нах и тем причиняли то, что в каждой из них было очень своеоб­ разное «состояние умов и нравов», выразившееся в национальной лите­ ратуре, в философии, в искусстве и т. д. Вследствие этого, один и тот же вопрос мог до страсти волновать фравдузов и оставлять холодными англичан, к одному и тому же доводу передовой немец мог относиться с почтением, а передовой француз с горячей ненавистью. Чему обязана немецкая философия своими колоссальными успехами? Немецкой дей­ ствительности,—отвечает Гегель,—французам некогда заниматься фило- М*