Сочинения. Т. 7 : Обоснование и защита марксизма (часть первая)

П Л Е Х А Н О В щественной мысли. Но этот закон дейстщет и может действовать только в обществах, разделенных на классы; он не действует и не может дей^ ствовать в первобытнык обществах, где нет ни классов, ни их борьбы. Вдумаемся в действие этого закона. Когда иэвестное сословие является кеобщим поработителем в глазах остального населения, то­ гда и идеи, господствующие в среде этого сословия, естественно пред­ ставляются населению идеями, достойными лишь поработителей. Об­ щественное сознание вступает «в противоречие» с ними; оно увле­ кается противопомжиыми идеями. Но мы уже сказали, что такого рода борьба никогда «е ведется по всей линии: всегда остается извест­ ная часть идей, одинаково признаваемых и революционерами, и защит­ никами старого порядка. Самая же сильная атака нап1является на те идеи, которые служат выражением самых вредных в данное время сто­ рон отживающего строя. По отношению к этим стордаам идеолот- революционеры испытывают непреодолимое желание «противоречить»- своим оредшественникам. По отношению же к другим идеям, хотя бы и выросшим на почве старых общественных отношений, они остаются часто совершенно равнодушными, а иногда продолжают, по традиции, держаться за эти идеи. Так, французские материалисты, ведя борьбу против философских и политических идей старого режима (т.-е. про­ тив духовенства и дворянской монархии), оставили почти нетронутыми старые литературные предания. Правда, и здесь эстетические теории Дидро явились выражением новых общественных отношений. Но здесь #орьба была очень слаба, потому что главные силы сосредоточились на другом поле'). Здесь знамя восстания было поднято лишь после и, притом, такими людьми, которые, горячо сочувствуя свергнутому ре­ волюцией старому режиму, должны были бы, повидимому, сочув­ ствовать и тем литературным взглядам, которые сложились в золотое время этого режима. Но и эта кажущаяся странность об'ясняется на­ чалом «противоречия». Как вы хотите, напри.мер, чтобы Шатобриан со­ чувствовал старой эстетической теории, когда Вольтер, — ненавист­ ный, зловредный Вольтер! —был одним из ее представителей. Der Widerspruch ist das Fortleitende,—^говорит Гегель. История идео- .х(гий как будто лишний раз показывает, что не ошибся старый «мета­ физик». Подтверждает она, повиди.мому, и переход количественных из­ менений в качественные. Но мы просим читателя не огорчаться этим и выслушать нас до конца. ',1 В Германии борьба литературных взглядов, как нзвестно, шла с гораздо боль­ шей энергнеП, но здесь внимание новаторов не отвлекалось политической борьбой.