Сочинения. Т. 7 : Обоснование и защита марксизма (часть первая)

СОВРЕМЕННЫЙ МАТЕРИАЛИЗМ 215 неры. Такими примерами полна история человеческой мысли, и все они подтверждают одно и то же: чтобы понять «состояние уиов» каждый яанной критической эпохи, чтобы об'яснить, почему в течение этой эпохи торжествуют именно те, а не црутие учения, надо предварительно ознакомиться с «состоянием умов» в предыдущую эпоху; надо узнать, какие учения и направления тогда господствовали. Без этого мы со­ всем не поймем умственного состояния данной эпохи, как бы хорошо мы ни узнали ее эконом'ию. Но и этого не надо понимать отвлеченно, как привыкла все пони­ мать русская «интеллигекция». Идеологи одной эпохи никогда не ве­ дут со своими предшественниками борьбы sur toute la ligne по всем во'Просам человеческих знаний и общественных отношений. Француз­ ские утописты XIX века совершенно сходились с энциклопедистами во множестве антропологических взглядов; английские аристократы времен реставрации были совершенно согласны с ненавистными им пуританюни во множестве вопросов, напри'мер, гражданского права, и т. д. Психологическая территория подразделяется на провинции, про­ винции на уезды, уезды на волости и общины, общины представляют собою союзы отдельных лиц (т.-е. отдельных вопросов). Когда возни­ кает «противоречие», когда вспыхивает борьба, ее увлечение охваты­ вает обыкновенно только отдельные провинции, — если не отдельные уеэды, — лишь отраженным действием охватывая соседние области. Нападению подвергается прежде всего та провинция, кото>рой принад­ лежала гегемония в предыдущую эпоку. Лишь постепенно «бедствия войны» распространяются на ближайших соседей, на вернейших союз­ ников атакованной провинции. Поэтому надо прибавить, что при вы­ яснении xapaiKTepa всякой данной критической эпо'хи необходимо узнать не только общие черты психологии предшествующего органического периода, но также и индивидуальные особенности этой психологии. В продолжение одного исторического периода гегемония принадлежит религии, в продолжение другого — политике и т. д. Это обстоятельство неизбежно отражается на xapaKTeipe соответствующих критических эпох, из которых каждая, смотря по обстоятельствам, иш продолжает формально признавать старую гегемонию, внося новое, противополож­ ное содержание вгосподствующие понятия (шри.мер; первая англий­ ская революция), или же сотершенно отрицает их, и гегемония переходил к новым провинциям мысли (пример: французская литература просве­ щения). Если мы вспомним, что эти споры из-за гегемонии отдельных психологических провинций распространяются и на их соседей, и при-