Опыт философии теории вероятностей

— 175 — ютъ намъ вспоминать ихъ причины. Такъ, когда къ вос- поминан1ю о чемъ-либо, разсказанномъ намъ, присоеди­ няется воспоминаше о дов'Ьр1и, которое мы оказали раз- сказчику, если имя его ускользаетъ отъ насъ, мы вспо- мнимъ его, припоминая посл1здовательно имена лицъ, съ которыми мы разговаривали, до т-Ьхъ поръ, пока мы не дойдемъ до имени, внушившаго намъ это дов'Ьр1е. Присутствующ1е предметы, уже вид-Ьнные нами, про- буждаютъ сл'Ьды вещей, которыя были съ ними связа­ ны, когда мы ихъ вид1зли первый разъ. Эти сл1зды про- буждаютъ подобнымъ же образомъ сл1зды другихъ пред- метовъ и т. д., такъ что по поводу какой-либо присут­ ствующей вещи мы можемъ вспомнить ихъ ц1злую без- конечность и остановить наше вниман1е на гЬхъ, кото­ рые хотимъ разсмотр1зть. Впечатл1зн1я, воспринятыя въ д-Ьтств'Ь, сохраняются до' самой глубокой старости и пробуждаются даже тогда, когда сильныя впечатл'Ьн1я зр1злаго возраста совершенно изгладились. Кажется, какъ будто первыя впечатл1зшя, глубоко запечатл'Ьвш1яся въ cencopiyMt, ждутъ только ослаблен1я посл-Ьдующихъ впечатл1зшй возрастомъ или бол1ззнью, чтобы снова появиться, подобно тому какъ св'Ьтила, которыя затм1звалъ дневной св1зтъ, показыва­ ются ночью или во время солнечныхъ затменШ. Сл1зды памяти пр1обр1зтаютъ въ напряженности отъ д1зйств1я времени и безъ нашего в1здома. То, что мы узнаемъ вечеромъ, запечатлевается въ cencopiyM-fe во время сна и легко запоминается такимъ способомъ. Я много разъ зам1зчалъ, что, когда я переставалъ на не­ сколько дней думать объ очень сложныхъ вопросахъ, они становились для меня легкими, когда я вновь на- чиналъ ихъ разсматривать. Если мы снова видимъ предметъ, который поразилъ